Золотое дно, или Как «топят» «Первомайскуголь»

Золотое дно, или Как «топят» «Первомайскуголь»

Шахтные подземелья здесь — это сообщающиеся сосуды. Часть из них затоплена, другие действовали или действуют как барьер, откачивая огромные объемы воды, которая пытается пробить себе путь в соседние выработки.

О том, как шахта на линии разграничения стала своеобразной подземной плотиной, и что будет, если воду не удастся удержать, пишет «Остров».

Объем и направление потока воды из закрытой шахты невозможно предсказать, говорят специалисты в угледобывающей отрасли. Сложно сказать, насколько прогнозируемым был прорыв на шахте «Золотое» на Луганщине, но, когда в нее хлынули воды из трех сообщающихся закрытых шахт, в забое находились люди, которых едва удалось спасти.

Мощностей «Золотого» для откачивания воды, прибывавшей со скоростью 2 тыс. кубометров в час, оказалось недостаточно. Шахта была частично затоплена; смысл ее дальнейшей работы свелся к сдерживанию воды от прорыва на соседние угледобывающие предприятия.

Быстрые решения

Считается, что шахты «Голубовская» и «Первомайская» ГП «Первомайскуголь», что оказались под условным контролем луганской «республики», были затоплены в 2017 году. Связанная с ними шахта «Родина» не добывала уголь с 1998. Ее «утопили» еще до начала войны, — говорят в Золотом.

Прорыв на шахте «Золотое» случился в апреле 2018; Кабмин оперативно выделил 131 млн грн на борьбу с затоплением.

Очевидно, что руководство ГП «Первомайскуголь» и собственно шахты «Золотое» было поставлено в невозможно узкие временные рамки: оборудование для водоотлива требовалось срочно.

Следствие утверждает, что ГП внесло в сметную документацию заведомо завышенную стоимость оборудования, а к выполнению работ в шахте формально привлекло частные структуры. В то же время непосредственная борьба с последствиями прорыва была возложена на структурные подразделения самого ГП. То есть, как следует из судебных документов, через двух частных посредников государственное предприятие наняло своих же сотрудников.

В документах упоминаются почему-то разные суммы причиненного государству ущерба. Примерно он оценивается в 13 млн грн.

Гендиректор «Первомайскугля» Артур Мирумян был уволен в августе 2018 года. В октябре 2020 следствие озаботилось избранием для него и еще нескольких бывших должностных лиц ГП меры пресечения. Экс-гендиректора и экс-директора шахты взяли под стражу, назначив залоги, которые ни один, судя по имеющимся документам, не внес.

Поскольку 60-дневный срок содержания их под стражей истек в декабре и новых документов по этому делу в судебном реестре нет, остается предположить, что оба в конце 2020 года все-таки вышли на свободу. Человек по имени Артур Мирумян с начала 2021 года упоминается в документах совета Мирноградской объединенной территориальной общины как технический директор центральной горбольницы Мирнограда.

Вряд ли это совпадение: хотя значительную, если не большую, часть жизни Артур Мирумян был связан с Новогродовкой, его родной город — соседнее Мирнограду Родинское. Впрочем, Новогродовка тоже рядом.

Тандем

У Артура Мирумяна интересная биография. Его отец Григорий Мирумян, почетный житель Новогродовки, был директором шахты «Россия» ГП «Селидовуголь» и генеральным директором ГП: в 2015 году, в рамках декоммунизации, его именем даже хотели назвать улицу города.

Трудовая биография будущего гендиректора «Первомайскугля» началась на «отцовском» госпредприятии и весьма в духе времени: адресом одного из зарегистрированных на него в 2000 году ООО с красноречивым названием «Тандем» была шахта «Россия» (теперь шахта Котляревская).

Согласно биографии Артура Мирумяна на сайте ГП «Первомайскуголь», почти все 2000-е он работал, тем не менее, не в Новогродовке или Селидово, а в Донецке, в структурах Рината Ахметова: вполне логичный в то время путь для молодого профессионала в угольной отрасли.

Нелогичное случилось на излете 2000-х: с руководящих позиций в Донецке Мирумян слетел почти буквально — оказался, согласно его публичной биографии, в забое шахты «Южнодонбасская 3» в Угледаре (ныне шахта им. Сургая), горнорабочим. А через полгода вернулся на прежнее рабочее место, на прежнюю должность.

Некоторый свет на причины этого кульбита проливают архивные данные госреестров, доступные в системе YouControl. В конце 2009 года появилось ОДО «Шахта Южнодонбасская 3», в котором Артур Мирумян оказался владельцем 10-процентной доли, наряду с менее чем десятком таких же и 2,5 тысячами более мелких дольщиков, которым полагалось представлять трудовой коллектив шахты.

Весной 2010 года в медиа появилась информация, что эти люди судятся с Фондом госимущества за право арендовать шахту. Схему подробно описал донецкий сайт Pro-Test, предположив, что вмешался в нее Ринат Ахметов, чьи предприятия нуждались в угледарском угле. Финалом полуторагодичной тяжбы стал отказ в удовлетворении требований ОДО.

Артур Мирумян к тому времени как раз вернулся на «Селидовуголь»: сначала главным инженером шахты «Россия», потом директором шахты «Украина». Не по отцовской протекции: Григория Мирумяна уже не было в живых. В «Первомайскуголь» Мирумяна-младшего переместили в 2017 с «Украины».

Уволили его из ГП в августе 2018 года не за обнаруженные злоупотребления, а за нарушение антикоррупционного законодательства: гендиректор без согласования с Нацагентством по вопросам противодействия коррупции уволил ответственного за реализацию антикоррупционной программы на ГП. После этого Мирумян еще попытался восстановиться на должности через суд.

С антикоррупционным законодательством, впрочем, отношения у него были сложными в целом: в том же году НАПК, проверив декларацию Мирумяна за 2017, нашла нарушений на почти 2,3 млн грн.

Достойная смена?

Пока судебный процесс против Артура Мирумяна и других бывших менеджеров и специалистов из «Первомайскугля» не завершен, вряд ли справедливо рассуждать об их виновности или невиновности.

Но если представленная следствием картина и абсолютно правдива, история с насосами для затапливаемой шахты вряд ли станет в летописи украинской угольной отрасли чем-то из ряда вон выходящим. Проще предположить, что руководство «Первомайскугля» поплатилось, совершив в 2018 году нечто, не входившее в расчет «смотрящего».

В этом отношении дальнейшие события на ГП и вокруг него выглядят еще интереснее. Например, в сентябре 2019 года было открыто уголовное производство в связи с заявлением о разворовывании имущества ГП и Вооруженных сил Украины должностными лицами «Первомайскугля».

Согласно информации из судебных документов, по указанию исполняющего обязанности генерального директора ГП «Первомайскуголь» закупило горно-шахтное оборудование по ценам, в полтора раза превышающим среднерыночные. При этом закупка производилась по частям, чтобы избежать торгов: гендиректор якобы указал в качестве поставщиков конкретные компании.

Помимо этого, шахты ГП, как утверждает следствие, за наличные закупали у расположенных в прифронтовых Золотом и Горском военных ВСУ краденные горюче-смазочные материалы. Легализовали их, по информации следствия, завышая объемы и цены своих официальных закупок, прибегая к услугам фиктивных компаний и конвертационных центров.

В указанный в судебных документах период «Первомайскуголь» возглавлял Олег Водопьянов. Вероятно, формальных поводов для увольнения очередного гендиректора у Минэнерго не нашлось, поэтому Водопьянов продолжал занимать эту должность до января 2020 года.

А в июне 2021 его даже поощрили, назначив гендиректором недавно возвращенного в госсобственность из аренды ДТЭК ГП «Добропольеуголь-добыча».

Не прорыв, тупик

Все шахты «Первомайскугля» на подконтрольной украинскому правительству территории находятся в населенных пунктах, подчиненных Горской городской военно-гражданской администрации. По словам главы ВГА Алексея Бабченко, 82 процента трудоспособного местного населения занято в угольной отрасли. Верить, что в прифронтовой зоне эти рабочие места можно чем-то заменить, по меньшей мере наивно.

Золотое дно, или Как «топят» «Первомайскуголь»

В 2021 году ГП «Первомайскуголь» нарастило добычу после крутого падения 2019 и 2020. В разрезе шахт, однако, виден рост добычи на двух и падение почти в три раза на некогда самой успешной, «Горской».

В объединении говорят, что ни один из показателей ГП не стоит считать историей успеха: если на «Горской» закончилась лава, то на шахтах «Карбонит» и «Тошковская» отсутствует оборудование. «Мы работаем, как в 35-м году Стаханов, отбойными молотками. Рабочие скидываются и сами покупают себе отбойные молотки, детали для оборудования, спецовки,» — рассказал один из собеседников «ОстроВа».

ГП продавал до сих пор угля на 1,5 млн грн в месяц, а потребляет одной только электроэнергии на 32 млн, говорит глава территориальной организации Профсоюза работников угольной промышленности Виктор Подгорный. Сейчас закупочные цены подняты на 500 грн, что все равно гораздо ниже международных рыночных: украинские предприятия они сами по себе не спасут.

Задержка зарплат остается порочной нормой. В ПРУП отмечают, что «у нас, если месяц не платят зарплату, то это еще нормальная ситуация.» Ни на государственные, ни на частные инвестиции на не считающихся перспективными прифронтовых шахтах не рассчитывают.

«Самый тяжелый период, я считаю, — в данный момент,» — говорит Подгорный, отвечая на вопрос о шахтерских забастовках советского периода на «Первомайскугле», в то время — самой взрывоопасной социальной среде во всей Украине.

1989 и ранние 1990-е были годами революции, когда верилось, что дела наладятся, стоит только побороться или потерпеть. До сего дня эта вера не дожила.

Добавить комментарий