Как в Часов Яре спасают брошенных стариков из серой зоны


В 2017 году в Часов Яре Донецкой области волонтер Евгений Ткачев организовал хоспис для стариков из прифронтовой зоны. Сейчас хоспис состоит из трех частных домов и нескольких квартир, где живут лежачие люди. Всего здесь – 39 человек. Свои.City познакомились с некоторыми из них и подготовили сюжет о жизни хосписа.

Когда мы приехали в хоспис, волонтеры гуманитарного центра «Пролиска — Авдеевка» как раз привезли сюда нового жильца Виталия. Он родом из Песок, что рядом с Донецким аэропортом. Из-за войны с женой переехал в прифронтовое Первомайское. Супруга Виталия умерла.

Волонтеры хосписа вносят Виталия из Первомайского в его новый дом. Свои

– Виталий попал к нам в социальное сопровождение в 2018 году, в вопросе оформления ему адресной помощи как переселенцу, – рассказывает Надежда Ткачук, консультант по социальным вопросам гуманитарного центра «Пролиска — Авдеевка».

За это время Виталий перенес повторный инсульт. Еще он упал и сломал ногу. Он стал немобильным и мы оказывали ему помощь в оформлении инвалидности, социальной помощи по инвалидности. После чего он ломает вторую ногу. В связи с этим пришлось ногу ему ампутировать. Он остался совершенно беспомощным.

Надежда Ткачук из гуманитарного центра «Пролиска – Авдеевка» вместе с Виталием. Свои

Основатель хосписа Евгений Ткачев говорит, что в большинстве случаев человек попадает к ним без ничего.

– Он у нас живет сколько хочет, бесплатно. С того момента, как у него восстановлены пенсионные выплаты или выплаты по инвалидности, адресная помощь как переселенцу, мы предлагаем человеку выбор. Он может, если его устраивает наше к нему отношение, условия проживания, прочее оставаться здесь. Но тогда все его выплаты, пенсия прочее идут в фонд хосписа. Все, что мы можем выпросить на него, идет в общий котел.

Основатель хосписа Евгений Ткачев. Свои

За три года через хоспис прошли около 150 человек. Из них 3-4 решили жить самостоятельно, получив выплаты. 10 человек вернулись в свое жилье, часто разрушенное. И 3-4 человека воссоединились с родственниками.

В «женском доме» хосписа живут 11, как здесь говорят, девочек.

– Все они молоды душой. Помощнички, умнички. Соблюдают чистоту. Стараются помочь, помыть полы, подмести. Потому что соскучились за работой, – рассказывает Ирина Шулимова, волонтер хосписа.

Ирина представляет одну из обитательниц хосписа, Галочку из Верхней Каменки:

– Это мои глаза и уши в этом доме. Галочка помогает и переодеть, и если где-то что-то случается – Галя всегда начеку, всегда поможет.

Ирина Шулимова и Галочка из Верхней Каменки. Свои

– Я – человек-легенда, – подхватывает Галочка, показывая свои советские грамоты за ударный труд – В 14 лет меня выдали замуж. А потом вербовщики приехали – где меня только не носило. И Волго-Дон, и Цимлянское море, и целина – из края в край. Проехала весь Советский Союз.

Галочкина грамота. Свои

В «мужском доме» живет 62-летний Владимир из Дебальцево. Поглаживая кошку, он рассказывает, что работал на железной дороге помощником машиниста тепловоза, составителем поездов, монтером путей.

– Сейчас в Дебальцево все разбито. Дочка, внучка погибли. Сын защищал аэропорт донецкий, тоже погиб. Я один остался, – говорит он. – Меня солдаты затолкали в автобус с бабушками, с дедушками и увезли. А я на одну ногу вообще не становился. Вот так я здесь нахожусь.

Владимир из Дебальцево работал на железной дороге. Его сын, дочка и внучка погибли, он остался один и попал в хоспис. Свои

Основная расходная статья хосписа – подгузники, в целом на одного человека нужно около 4,5 тысяч гривен в месяц. Окупать расходы и кормить постояльцев помогает подсобное хозяйство: с полтысячи кур, коровы, свиньи.

Управляющий хосписом Геннадий Ткачев показывает один из курятников с 300 курами:

– Это наши кормилицы. Помогают нам окупать основные затраты на стариков. Все яички отправляются на местный базар, дальше – на столы местных жителей.

Управляющий хосписом Геннадий Ткачев с одной из его жительниц. Свои

Отделение для лежачих неподалеку от трех домов хосписа заработало прошлым летом. Одна из его обитательниц – 74-летняя Анна Павловна из Сум. Она несколько десятков лет работала крановщицей, строила высотки. На пенсии упала и сломала бедро, теперь не может ходить.

– У меня невестка часовяровская, она поговорила с Евгением Николаевичем, решили, что пока я по надобности тут, а если все хорошо будет, заберут меня к себе, – делится Анна Павловна. – Оставить меня дома – у нас мальчику скоро только 3 годика будет. И я тут такая, и еще ребенок такой маленький. Поэтому я здесь.

Анна Павловна родом из Сум. В отделение для лежачих хосписа в Часов Яре ее устроила невестка, которая родом из этого города. Свои

– Людям, которые постоянно лежат, нет большой разницы, где это делать – в частном доме или в квартире. Поэтому из-за дешевой недвижимости в Часов Яре у нас появилась идея купить на первом этаже несколько квартир. Очень дешево за свой счет мы их купили, сделали ремонт, выпросили у благотворителей, у волонтеров специальные кровати. И тех гостей нашего хосписа, которые не могут передвигаться, мы перевезли сюда, – объясняет Евгений Ткачев.

Евгений Ткачев в отделении для лежачих хосписа в Часов Яре. Свои

Квартиры, которые покупали волонтеры, стоили около 500 евро, ремонт обошелся в 1500 евро. Для сравнения, противопролежневая кровать, б/у стоит 600–800 евро. О новых тут и не думают – они стоят в районе 3000 евро.

В хосписе есть свой художник – Анатолий из Константиновки. Волонтер Ирина Шулимова показывает его работу – свой портрет, еще незаконченный.

Ирина Шулимова показывает свой портрет, который нарисовал Анатолий. Свои

– Да какой я художник? – немного сердито говорит Анатолий. – Два года я учился. Но это так, университет народного творчества, это для себя.

Анатолий вспоминает, как был в музее Айвазовского в Феодосии, вспоминает море, которое рисовал художник. И – бухту Золотого Рога во Владивостоке, которая впечатлила его в молодости.

Анатолий со своей работой акварелью. Свои

– Я служил на Дальнем Востоке. Служил не один год и не два, а почти четыре. Поступил в мореходку, решил раньше домой по северному попасть. А оттуда отправили в часть – и обратно на остров Даманский, – вспоминает мужчина.

В хоспис Анатолия отправили из больницы, при которой он жил пять лет.

В Украине работу частных хосписов должен регулировать закон о социальных услугах, который действует с 1 января 2020 года. Но механизмы для этого до сих пор не разработаны

Формально 39 жителей хосписа живут в гостях у семьи Ткачевых. Евгений заключает:

– Я готов в любое время дня и ночи подарить этот хоспис. Вот только найдется какая-то организация, которая скажет: «Мы готовы оформить все документально». И – нате вам, пожалуйста, вот вам квартиры, вот вам дома, вот вам старики с их пенсиями, паспортами, документами – занимайтесь. Захочет этим заниматься государство или местная власть – да пожалуйста, я еще готов доплатить за каждого старичка – пусть кто-нибудь сделает лучше. Мы делаем то, что можем.

Во дворе хосписа для стариков в Часов Яре. Свои

По подсчетам волонтеров гуманитарной миссии «Пролиска», в прифронтовой зоне живут 2 тысячи пожилых людей, которым нужна помощь.

После того, как этот сюжет был снят, в хоспис поступили три новых жильца. Здесь постоянно нужны памперсы, стиральный порошок, продукты.

Чтобы помочь хоспису, можно написать в его фейсбук-группу или самому Евгению Ткачеву.


Проєкт «Donbas Media Forum та міжрегіональне співробітництво для виробництва якісного контенту для Сходу України» впроваджується за підтримки Медійної програми в Україні, яка фінансується Агентством США з міжнародного розвитку (USAID) і виконується міжнародною організацією Internews.

, , , ,

Добавить комментарий