В очереди за отсутствующим жильем

В очереди за отсутствующим жильем

В очереди за отсутствующим жильемВойна на Донбассе оставила без жилья тысячи украинцев. Кто-то из переселенцев сумел найти себя на новом месте, а кто-то до сих пор скитается по общежитиям и домам отдыха. Многие из них понимают: шансы на покупку нового жилья у них призрачные.

Ирина Фомичева, переселенка из Кадиевки в Луганске оставила все. Сейчас за крышу над головой ей приходится бороться.

«У меня трёхкомнатная квартира в Луганской области в Кадиевке, перед войной я сделала там ремонт прекрасный, я там хотела начинать учиться, я там устроила детей в садик и мне пришлось уехать оттуда. Я и трое детей, племянник приехали в Киев, муж на Майдане изначально был, и мы приехали к нему. Я, когда муж мой воевал 2 года в АТО, жила достойно, воспитывала своих детей. Мои дети занимались музыкой, гимнастикой, в садик пошли, в школу начали», — рассказывает переселенка.

«В сентябре 2014 года волонтер, который нас поселил на Труханов остров помог переселиться в «Джерело», это пансионат был для переселенцев Пуща-водица. Первый год у нас было отопление, мы сами начали кооперироваться и деньги сдавать для того, чтобы оплачивать на работу котельщика, чтобы у нас было тепло и горячая вода. Когда на следующий год был уже отопительный сезон — это начало 2015 года, приехала администрация Оболонская и выдвинули такой вердикт, что котельная непригодна для работы и этот год мы были уже без отопления. Уже все перешли на обогрев электрический — дуйчики, батареи электрические.

Жили там не только переселенцы, туда заезжало очень много людей в военных формах, очень много менялось волонтеров. Это была как большая страна, в которой постоянно власть такая, потом через пару месяцев другая, потом зашли вооружённые люди с пистолетами, убрали этих, появились эти, и вот так вот мы жили», — вспомианет женщина.

В очереди за отсутствующим жильем

«Пока в 2016 году не появился назвавший себя хозяином Гомонай Вячеслав Янушевич. Он поставил охрану. Охрана это пробивала трубы специально нам в подвале в зимнее время, чтобы текли трубы, чтобы затапливался подвал, там же у нас щитки электроэнергии, всё стояло в подвале, и всё это делалось специально как потом выяснилось. И постепенно здание приводилось в такой упадок. Снимался металлолом с крыш, с подвалов, вырезались трубы постепенно и вывозились прямо грузовыми машинами», — рассказывает Ирина.

В декабре 2019 года в пансионате «Джерело» по решению суда отключили свет. Люди грелись дровами и готовили еду на костре. Топить пришлось дровами. На первом этаже был котел. Дрова для него привозили волонтеры.

В очереди за отсутствующим жильем

Ливия Рябец, переселенка из Луганска тоже жила в «Джереле» и теперь рассказывает о быте в злополучном пансионате.

«Приспосабливались — носили воду из родника и техническую, и питьевую воду. Готовили на костре, подогревали на сухом горючем, было сложно. Но это ничто по сравнению с тем каким мы оскорблениям подвергались», — вспоминает женщина.

Ей и Ирине приходилось зимой топить дровами, а постель ложиться с грелками. Температура была в комнате 0 градусов.

В очереди за отсутствующим жильем

«Такие варианты, когда жизни людей и здоровья ставятся под угрозу не должны быть, поэтому выход как раз из ситуации с местами компактного поселения должен быть поэтапный. Это должно быть информирование людей, предоставление им полной информации, возможность ими обсудить всю свою ситуацию с психологами и всё остальное» — считает волонтер «Группы влияния» Мария Красненко.

В неотапливаемом и темном пансионате переселенцы оставались до конца сентября. В начале октября их практически силой выгнали оттуда. К людям применяли силу. Били даже женщин.

В октябре все переселенцы, проживающие в Пуще Водице выселились из санатория. 10 семей расселили в общежитие, часть людей арендовали себе жилье. Сегодня в «Джереле» пусто.

В очереди за отсутствующим жильем

«Мне пришлось снять квартиру для того, чтобы мама с детьми не жили в таких условиях за 5.000 плюс коммунальные услуги. Это пол моей зарплаты. Муж у меня работает в Киево-святошинском лесогосподарстве, там у него есть комнатка где он может после работы переночевать. Целую неделю мы не видимся получается, дети не видят папу, мало того, что они его не видели 2 года, когда он воевал, теперь тоже его не видят по пять дней, потому что нам негде жить», — рассказывает Ирина.

«Тут питання з одного боку стоїть у захисті приватної власності конкретного власника, з іншого боку, вступає в протиріччя з правом на житло людей, які переселилися. Держава повинна була продумати комплексний вихід із ситуації, на жаль, ми бачимо що такого комплексного виходу немає, лише точкові рішення», — рассказывает координатор по адвокации БФ «Право на защиту» Элина Шишкина.

В очереди за отсутствующим жильем

Виталий Святошенко с женой и ребенком выехали из Дебальцева в 2014 году после так называемого референдума. С тех пор семья живет в селе Киевской области, арендуя жилье.

«В силу инвалидности удобнее было бы жить в городе, но арендную плату в городе, например, в Киеве, неважно в Борисполе или близлежащих городах, оплатить довольно сложно, то есть ресурсов на это бы не хватало. Несмотря на то что в силу меньших удобств в плане передвижения, в плане инфраструктуры, вынуждены все эти годы жить в селе. Были такие периоды, когда нам приходилось покидать место где мы арендовали квартиру и тоже переезжать, то в Краматорске мы жили 8 месяцев, потом вернулись обратно и вот сейчас буквально через две недели нам снова предстоит такой переезд. Каждый переезд для простого человека без инвалидности это стресс. Наверное, переселенцы, которые в такой ситуации были и чувствовали это, и понимают, что это за ситуация. А для человека, который передвигается на коляске — это проблема, многократно умноженная», — рассказывает Виталий Святошенко, переселенец из Дебальцева.

В очереди за отсутствующим жильем

Проблема архитектурной доступности при поиске жилья для человека с инвалидностью вычеркивает практически все шансы найти посильный вариант.

Он рассказывает, что, зная среднюю цену аренды квартиры, которая нужна, это минимум двухкомнатная квартира. За нее приходится отдавать все, что зарабатывается.

В очереди за отсутствующим жильем

«Я знаю ситуации, когда люди с инвалидностью вынуждены жить на втором этаже без лифта передвигаясь на коляске. Я, например, на себя не могу примерить эти условия, чтобы я позволил себе жить и так прыгать по ступенькам каждый день, и своей жене точно также в таком общежитии», — говорит Виталий.

Далеко не все люди с инвалидностью готовы отказаться от социальной жизни, закрывшись в квартире или в сельском доме.

В очереди за отсутствующим жильем

Решить проблему жилья для переселенцев могли бы жилищные программы, которые предусматривают балльную систему, они учитывают потребности маломобильных групп населения.

«Любая программа имеет свои критерии, если говорить о временном жилье, то эта бальная система. Здесь как раз приоритет будет отдам лицам, которые имеют инвалидность, которые малообеспеченны, которые имеют большие семьи», — рассказывает Мария Красненко.

Также существуют квартирная очередь на получение социального жилья. Проблема в том, что в Украине отсутствует фонд соцжилья – новое практически не строится, а старое не ремонтируется. Очередь же формируется годами.

«Їх орган державної влади чи місцева рада можуть поставити на облік, однак черга рухатись не буде, і фактично це мертві норми, вони не дієві, вони не ефективні. Для того, щоб вони запрацювали, повинні бути створені фонди соціального призначення, ними потрібно розпоряджатися», — рассказыапет Эллина Шишкина.

Однако очередей на временное или социальное жилье кое-где нет вообще.

В очереди за отсутствующим жильем

Программа «Доступное жилье 50% на 50%» — это помощь государства в размере половины от стоимости самого жилья. Но даже такие льготные условия не по силам многим пенсионерам или людям с инвалидностью.

«Для таких людей, которые живут исключительно на пенсионные выплаты с инвалидностью, просто пенсионеры, которые живут на пенсию и больше не в состоянии работать, например, то эти программы просто полностью недоступны, закрыты, никто не будет даже туда и поддаваться. Потому что 50% стоимости квартиры, имея такую пенсию, не хватит жизни насобирать», — считает Виталий Святошенко.

Органы местной власти можно стимулировать обращениями. Возможно, они рассмотрят участие в жилищной программе «30 на 70», где из местного бюджета платится всего 30%, а объект в будущем остается в собственности громады.

В очереди за отсутствующим жильем

Другие программы предоставления временного жилья ВПЛ плохо финансируются. Однако остается надежда на комплексное решение вопроса социального жилья и на поддержку зарубежных инвесторов.

«Когда мы будем иметь либо целостную, либо национальную программ, у либо целостный подход к жилью относительно внутренне перемещенных лиц, уже тогда можно будет формировать запросы также донором и поддержке от международных сообществ для того, чтобы решить этот вопрос», — рассказывает юрист Мария Красненко.

Некоторые переселенцы согласны на жилье даже без прав собственности, но в пожизненном пользовании. Ради этого они готовы отказываться от статуса переселенца и социальных выплат. Они верят, что такая возможность когда-нибудь появится.

Добавить комментарий