Сегодня исполняется «годовщина Минских соглашений»


871Ровно год назад были подписаны «Минские соглашения»: почему их не выполняют и не пересматривают

В ночь с 11 на 12 февраля 2015 года Владимир Путин, Петр Порошенко, Ангела Меркель и Франсуа Олланд дискутировали о том, как разрешить конфликт на Донбассе. Об этом пишет «MIGnews.com.ua».

Подписанию 13 пунктов Минских соглашений предшествовали 16 часов переговоров в нормандском формате. Документ был составлен, надежды были возложены, опасения только формировались. Но был оптимизм, который истрепался по истечении полугода.

В октябре четверка лидеров вновь провела переговоры. На этот раз не было никаких официальных последствий — соглашения не подписывали и никаких действий после устных договоренностей не предпринимали.

Несмотря на то, что Минские соглашения не выполнены, они сами собой пролонгировались на 2016 год, а стороны противостояния на Донбассе продолжают прикрываться ими при каждом упреке со стороны Европы и США.

Переговоры под огнем

Это сейчас можно говорить, что договоренности изначально были невыполнимыми. Год назад многие эксперты высказывались довольно оптимистично и достигнутые соглашения считали реалистичными. Нельзя забывать и о Дебальцево, куда во время переговоров боевики бросили все силы для создания котла. Несмотря на перемирие, бои продолжались и 21 февраля 2015 года наши войска ушли из города. Уже тогда стало ясно, что договоренности нарушены. Однако стороны делали хорошую мину при плохой игре. Дебальцево списали со счетов, и, по умолчанию, бои за город считали завершением маневра, начатого до Минских соглашений. Тем более, что на остальных участках фронта некоторое время было относительно тихо. Но в начале марта обстрелы возобновились и в августе прошлого года достигли трагического рекорда — 2,8 тыс. обстрелов за месяц. Так были похоронены первые два пункта соглашений — о прекращении огня и об отводе вооружений.

«Если бы у нашего президента были мощные аналитические структуры, они бы даже во время подписание соглашений проинформировали его, что происходит большая игра. Путин затягивал любые согласования. В то же время Россия проводила спецоперацию, направленную на запугивание Украины. Это просматривалось на 100%» , — констатирует военный эксперт, генерал-лейтенант СБУ, глава Союза офицеров Украины Александр Скипальский.

Несбывшиеся планы

Относительное затишье хотя бы на первых порах — плюс соглашений. Еще одно достижение — частичное выполнение шестого пункта документа: обмен пленными. Всех на всех не обменяли, но процесс все же активизировался. Из плена вызволили 2,9 тыс. человек. В застенках остаются 136 заложников.

Но если идти по документу далее, мы не увидим никаких изменений, по сравнению с ситуацией в феврале 2015 года. Нам так и не удалось:

—  установить контроль над границей;
—  добиться выведения иностранных военформирований;
—  усилить присутствие ОБСЕ;
—  определить модальность восстановления социально-экономических связей;
—  определить модальность местных выборов;
—  провести конституционную реформу с определением особого статуса отдельных территорий.

Правда, не сбылись и опасения, которые эксперты высказывали сразу после подписания соглашений. Тогда боялись:

—  амнистии боевиков;
—  особого статуса «ЛНР» и «ДНР»;
—  местных выборов в самопровозглашенных республиках по их правилам;
—  снятия санкций с России;
—  статуса «гражданской войны».

Ловушка для дипломатии

Как видим, толку от соглашений нет. Но они, тем не менее, нужны. Больше того, Украина на них обречена.

«У нас практически нет шансов на выход из минского переговорного процесса, — говорит политолог, директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник. — Вторые Минские соглашения буква в букву, утверждены резолюцией Совбеза ООН. Достижение новой резолюции по Украине выглядит сомнительным. В то же время, мы можем усовершенствовать Минские соглашения и превратить шпаргалку в полноценные документы. Принять соответствующие законы, акты. Есть большое поле для дипломатии. Но минские подгруппы не справляются с трансформацией шпаргалки. Наверное, есть смысл привлекать к переговорному процессу другие стороны, наших партнеров: США, Польшу, Казахстан, Беларусь. Но колея задана, и выйти из нее сложно, если вообще возможно».

Александр Скипальский считает, что Минские соглашения были результатом каких-то иллюзий в отношении возможных действий России. Из-за них мы потеряли возможность воздействовать на стран-гарантов Будапештского меморандума: Россию, Великобританию, США. Руслан Бортник соглашается с тем, что документ стал поражением нашей дипломатии, и Украина взяла на себя обязательство выполнить 90% условий, прописанных в нем. Хотя обязательство России — это лишь возвращение нам контроля над границей.

«Прежние гарантии, то есть, Будапештский меморандум, после того, что у нас произошло, мне кажутся невыполнимыми, — считает политолог. — Новыми гарантиями мог бы стать новый договор между Россией и США, но в ближайшее время он маловероятен. Для Евросоюза Минские соглашения — вполне естественная форма выражения, а автономия, федерация, конфедерация — нормальна форма государственного устройства. Поэтому он и встает на сторону России в вопросе автономизации Донбасса».

Скипальский настаивает на том, что Украина не должна списывать меморандум со счетов и призывает потребовать у стран-гарантов признания России агрессором. Он считает, что вместо этого Украина становится разменной монетой в закулисных торгах, которые ведутся по европейскому и сирийскому вопросам.

«Мы — не страна агрессор, которая диктует условия, — говорит военный эксперт. — Мы – жертва агрессии. Мы требуем ее прекращения на основании Декларации ООН, подписанных еще в 70-х годах Хельсинских соглашений, международного законодательства. Для этого созданы международные суды. Мы требуем, но не решительно, а безграмотно, поджав хвост».

Пока что украинские дипломаты процесс не педалируют и предпочитают придерживаться достигнутых соглашений. Бортник считает, что ничего не изменится и в течение 2016 года.

«Мы пока что будем двигаться в нынешнем русле. Соглашения будут реализованы в 2017-2018 годах, после перевыборов украинского парламента и выборов в США, — говорит политолог. — 2016 год – сложный переходной год, в течение которого продолжится борьба на истощение противника с надеждой, что кто-то сдастся».

Анна Гончаренко

 

Добавить комментарий