Переселенцы. Путь донецких кардиохирургов к сердцу Харькова


Кардиохирург Сергей Эстрин. Фото МедиаПорт

Кардиохирург Сергей Эстрин. Фото МедиаПорт

Операции на сердце делают далеко не в каждом областном центре Украины. Донецкая кардиохирургия была одной из мощнейших в стране. По количеству операций Донецк стоял на втором месте после Киева. В столице Донбасса внедряли новые методы – например, использовали стволовые клетки в оперативных вмешательствах на сердце одними из первых в мире.

Скоро два года, как бригада кардиологов из Донецка переехала в Харьков. Сегодня они спасают жизни и харьковчан, и жителей Донбасса. Это вторая публикация цикла «РГ» о том, как выигрывают громады от того, что люди бежали от войны именно к ним.

Александр БЕЛОКОБЫЛЬСКИЙ, «РГ»

Сергей Эстрин

Сергей Эстрин перечисляет коллег, которые вместе с ним переехали в Харьков. Они охватывают практически все специальности. Две сестры – операционная сестра и анестизистка, инвазивный кардиолог, два высококлассных аритмолога, бригада из трех хирургов, которая работает с приобретенными пороками сердца и ишемической болезнью сердца (в нее входит и сам Эстрин), четыре реаниматолога, специалист по миниинвазивным вмешательствам, который занимается ишемической болезнью сердца и врожденными пороками из минидоступов. «Мы способны оказывать практически любую помощь в кардиохирургии», – говорит Сергей Эстрин. Фото МедиаПорт

Донецкий Институт неотложной и восстановительной хирургии имени Гусака Национальной академии медицинских наук Украины (ИНВХ АМН Украины) – один из флагманов украинской медицины. За колоссальные деньги был создан уникальный комплекс.

Врачи продолжали работать и во время боевых действий. «Прилетало» и рядом с самим институтом. Никаких распоряжений из Киева, которому подчинялся институт, не поступало. Лишь в конце сентября 2014-го медикам ИНВХ предложили выезжать, пообещав трудоустройство. Группа кардиохирургов из 14 специалистов попросила о переводе в Харьков.

Сергей Эстрин занимал должность заведующего кардиохирургией донецкого ИНВХ им. Гусака. Мы общаемся с ним в харьковском Институте общей и неотложной хирургии имени Зайцева Академии медицинских наук.

– Почему вы с коллегами выбрали именно Харьков?

– Многие специалисты из нашего института хотели в Киев. Но в Киеве очень мощная кардиохирургия. Приехать и не работать? Мы прикинули – рядом Харьков, где служба кардиохирургии небольшая, и тоже есть институт Академии наук. И нас перебросили сюда.

Нас очень тепло встретил директор института, профессор Валерий Владимирович Бойко. Он очень чутко к нам отнесся. Говорит, «я бы всех забрал коллег, если бы такая возможность была». Остальные харьковские коллеги тоже приняли хорошо.

Андрей Ковальчук и Сергей Антонюк входят в бригаду Сергея Эстрина и  работают с приобретенными пороками сердца и ишемической болезнью сердца (это аортокоронарное шунтирование). Это то, что кардиохирурги называют большими операциями. Фото МедиаПорт

Андрей Ковальчук и Сергей Антонюк входят в бригаду Сергея Эстрина и
работают с приобретенными пороками сердца и ишемической болезнью сердца (это аортокоронарное шунтирование).
Это то, что кардиохирурги называют большими операциями. Фото МедиаПорт

– Тактично ли спрашивать вас об уровне харьковской кардиохирургии?

– В кардиохирургии есть несколько направлений. Лечение нарушений ритма; приобретенных пороков сердца; ишемической болезни сердца. И – врожденных пороков сердца. Здесь, в институте им. Зайцева хорошая служба по лечению нарушения ритма, взрослым порокам сердца. И самое главное – здесь очень хорошо развита служба по врожденным порокам, которую возглавляла на момент нашего приезда Ольга Владимировна Бучнева, женщина-хирург, которая прекрасно оперирует.

Она смогла организовать эту службу в Харьковской области. Когда ребенок рождается с пороком, знают, кого искать: и ночью, и днем везут сюда деток со всех роддомов. Их принимают круглосуточно, существуют специальные программы – детей оперируют бесплатно. Кстати, сейчас Ольга Владимировна стала заведующим отделением кардиохирургии. Нам просто с ней работать.

– Но вы сказали, что служба кардиохирургии в Харькове – небольшая.

– Да, в сравнении с Донецком. В Харькове основную нагрузку несет наш нынешний ИОНХ им. Зайцева. Здесь есть одна большая операционная, которая позволяет делать большие операции. И несколько бригад хирургов, которые могут работать – в ней одной. Поэтому нам приходится делить это время – и вечером, и ночью работать. Плюс есть же еще срочные пациенты, которые поступают…

Евгений Акобиров – аритмолог

Евгений Акобиров – аритмолог. Как и Татьяна Кравченко, он работает на сложных навигационных системах, которые позволяют из точечного доступа под контролем рентгена через сосуды добраться до сердца и излечить патологию. Фото МедиаПорт

Продолжительность операций разная. Если установка кардиостимулятора занимает в среднем час, то большая операция – начиная от 4 часов, и пока не закончишь.

Мы все можем оперировать больше – и специалисты, переехавшие из Донецка, и харьковские кардиохирурги. Но мы стеснены.

– Сколько операций делает хирург – в месяц, в год?

– У нас норматива нет. На Западе, чтобы считаться кардиохирургом, нужно делать не меньше 100 операций в год. Мы можем делать и по 200 – но нет возможности. Получается из-за того, что нет помещений, нет оборудования, – в этом году я сделаю, наверно, не больше 60 операций. Могу делать 150.

– Вообще поразительно: Харьков, миллионник, богатый город – и в таком стесненном положении кардиология.

– Сам удивляюсь. В Донецке была одна большая кардиохирургия – у нас в институте, потом от нас отпочковалась еще одна кардиохирургия в областной больнице, там тоже делались серьезные операции. И никаких противоречий не было – мы сотрудничали.

Аритмолог Татьяна Кравченко входила в группу исследователей донецкого института им. Гусака, которая награждена Государственной премией за работу по использованию стволовой клетки в кардиохирургии. Фото МедиаПорт

Аритмолог Татьяна Кравченко входила в группу исследователей донецкого института им. Гусака, которая награждена Государственной премией за работу по использованию стволовой клетки в кардиохирургии. Фото МедиаПорт

В Харькове же исторически сложилось, что кардиохирургия – это институт им. Зайцева. В областной больнице кардиохирургия – это только установка кардиостимуляторов.

– То есть основная нагрузка ложится на институт им. Зайцева. Его руководство что-то делает, чтобы увеличить пропускную способность кардиохирургии?

– Как можно решить проблему без денег? Это нереально. Академия медицинских наук сегодня практически не финансируется. Выделяют денег недостаточно, и, я предполагаю, что из-за тяжелого положения в стране в следующем году их будет еще меньше. Соответственно, нет ремонтов в помещениях, нет нового оборудования, нет расходных материалов.

Нельзя увеличить количество операционных – потому что оснащение нужно. Современная кардиохирургия – это очень точное и очень дорогое оборудование. (Чтобы представить его цену, достаточно знать, что обычные ножницы для коронарной хирургии стоят 400 евро. Оптика, с которой мы оперируем, – от 1000 долларов.)

Елена Чижикова – инвазивный кардиолог, который ведет больных до операции, после операции. Тяжелых больных приводит в состояние, чтобы их можно было прооперировать. «А идут сейчас на операцию, как правило, очень тяжелые, потому что денег нет, и на операцию идут, когда уже совсем плохо», – рассказывает Сергей Эстрин. Фото МедиаПорт

Елена Чижикова – инвазивный кардиолог, который ведет больных до и после операции. Тяжелых больных приводит в состояние, чтобы их можно было прооперировать. «А идут сейчас, как правило, очень тяжелые, потому что денег у людей нет, и на операцию идут, когда уже совсем плохо», – рассказывает Сергей Эстрин. Фото МедиаПорт

– Если государство режет расходы даже на существующую медицину, выходит, надежды на усиление кардиохирургической службы в Харькове мало?

– Вы были в экопарке Фельдмана? Красавец, правда? Человек содержит это, создает радость детям, взрослым – я получил огромное удовольствие. Может, есть еще один Фельдман, который сделает больницу для Харькова? Поможет развитию института имени Зайцева?

Я очень неспокойный человек. Со мной приехали тоже доктора неспокойные. Ищущие. Есть наши коллеги из Луганска, которые по Харькову работают. Я пытаюсь стучаться: давайте помогать, давайте что-то делать. Я думаю, здесь достаточно много влиятельных людей, которые могли бы помочь кардиохирургии в Харькове.

Только кто-то должен захотеть этим заниматься. Сегодня у Харькова есть колоссальная возможность укрепить свои кадры специалистами, которые выехали из Луганска и Донецка. И не только в кардиохирургии, но и в других направлениях медицины.

Для нас очень важно делать работу и для города, который нас принял в критической ситуации, и помогать нашим землякам, дончанам. И мы будем помогать тем, что умеем лучше всего: спасать жизни.

Читайте также:

Переселенцы. Сыровар Саныч и возрождение села на Полесье

___________________________________________________________________________

Плашка грантМатеріал публікується в рамках проекту «Розвиток новинної та аналітичної журналістики у ЗМІ Донецької та Луганської областей», що реалізується Громадською організацією «Інтерньюз-Україна» у співпраці з Об’єднанням українців у Польщі та за сприяння Польсько-канадської програми підтримки демократії, яка співфінансується з програми польської співпраці на користь розвитку Міністерства закордонних справ Республіки Польща та Міністерства закордонних справ, торгівлі та розвитку Канади (DFATD). Матеріал доступний на ліцензії Creative Commons Uznanie autorstwa 3.0 Polska. Деякі права застережені на користь [назва авторів або інституції]. Дозволяється вільне використання твору за наявності вищезгаданої інформації, в тому числі інформації про відповідну ліцензію, власників прав та про Польсько-канадську програму підтримки демократії. Публікація відображає виключно погляди автора і не може ототожнюватися з офіційною позицією Міністерства закордонних справ Республіки Польща та Міністерства закордонних справ, торгівлі та розвитку Канади.

 

 

, ,

Добавить комментарий