Открытки на память про «недра Донбасса»


1540Интервью с Еленой Емченко – донецкой художницей, автором «почтовых открыток» о гибридной войне

Александр Poison Нечай

В одном из первых русских киберпанк произведений «Паутина» Мэри Перси Шелли описывается время, когда в цифровой век печатная продукция и письменные принадлежности стали архаизмами и превратились в модные раритеты для подчеркивания статуса. Спустя почти 20 лет после выхода романа эта эпоха пришла.

Елена Емченко

Елена Емченко

А давно ли, кто-нибудь из вас получал открытку обычной почтой и получал ли ее вообще в своей жизни? А хотели бы вы заиметь подобный сувенир? Конечно, в любом супермаркете можно купить универсальное поздравление, напечатанное на куске картона, в котором будет тонна позитива в рифму. Но, есть и другая разновидность открыток, вернее, их можно использовать в качестве манифеста. Донецкая художница Елена Емченко создала ряд работ, посвященных Донбасскому конфликту и оформила их в качестве пресловутых открыток. Только вот вряд ли сторонники «русского мира» или сочувствующие хотели бы получить такой почтовый сувенир.

Работы Елены содержат не только визуальный ряд, к каждому изображению прилагается текст, в котором четко определяется и объясняется тот самый «месседж», который может быть сейчас и дойдет до некоторых людей по разные стороны линии демаркации. Сами образы на рисунках Елены порой настолько пугающие и отталкивающие, что дает в полной мере ощутить ту глубину обстановки и настроения, царившего и царящего на оккупированных территориях сейчас. Если бы к данной серии работ под названием «Пропаганда» можно было применить уже шаблонное определение «атмосферность», то она была бы «конкретной».

1С автором этих посланий, которые больше чем просто открытки, «Реальная газета» поговорила об искусстве, Донбассе, его жителях, арт-группе «Они» и провокациях мыслительных процессов.

СПРАВКА РГ

Елена Емченко – художник, дизайнер интерьеров, дизайнер полиграфии. Родилась в 1971 году; закончила Донецкое художественное училище; Донбасскую государственную академию строительства и архитектуры с отличием. С 2011 года член Союза дизайнеров Украины. До июля 2014 года жила и работала в Донецке, сейчас живет и творит в Днепропетровске.

В биографии Елены есть много ярких творческих событий, начиная с 1994 года. У нее к тому моменту уже было 8 персональных выставок. Позднее было реализована масса проектов, среди которых выставка в Донецком аэропорту «AiRporT Donetsk contemporary» в 2012 и проекты «Они: Зугрес contemporary» и «Они: Дебальцево contemporary» в 2013. Их цель была показать современное искусство в малых городах Донецкого края. Проект в Дебальцево не был проведен, так как начался Евромайдан.

– В вашем новом проекте с открытками «Пропаганда» изображения порой ужасающие, и сопровождаются емкими фразами, от которых шестеренки в голове быстрее вращаться начинают. Вы подбирали высказывания в соответствии с какими критериями?

Есть теория и практика. У маргиналов теория хромает, но практика отточена самим образом жизни. Напротив, интеллектуалам излишняя глубокомысленность мешает действовать практически здесь и сейчас, т.к. идеи совершенны, а практика всегда ущербна. Хотелось поиронизировать над нами, «теоретиками», подведя под «ДНР» серьезный теоретический фундамент.

В открытках безобразная, но эффективная практика противостоит прекрасной, но бесполезной теории. Цитаты, как бы обосновывают изображения, но, таким образом, входят в противоречие сами с собой.

– На Майдане был ряд художников, которые своими работами поддерживали дух народа. Ваши работы заставляют задуматься людей здесь (будем надеяться, что и часть там), а как считаете, искусство способно изменить сложившуюся ситуацию в стране, в головах людей в конце концов?

Ага. Я тоже на донецком Майдане рисовала картину «Евроинтеграция». Этот перформанс длился несколько дней, я призывала присоединиться и организовать Европленер, но мои «глубокомысленные» коллеги меня не поддержали. Не прельстила их и «минута славы» – меня показали многие местные и государственные каналы. Зато теперь практически все в Киеве — эксплуатируют образ переселенцев.

Смотря какое искусство. Некоторые идеи, рождённые в среде элитарного искусства, воспринимаются массовым искусством. И тогда оно может менять ситуацию.

2– Поскольку вы из Донецка, то не могу не спросить про «Изоляцию», вы имеете к ней отношение, сейчас поддерживаете связь?

Глубоко ценю всё, что они делали и делают для Донбасса сейчас в изгнании. Отношения не имею, связь не поддерживаю. Несмотря на то, что мы движемся в одном направлении, находимся как бы в разных плоскостях. Мы в рамках группы «ОНИ» в своё время предлагали сотрудничество, но ответа не последовало.

Создалось впечатление, что прежде всего программа «Изоляции» в Донецке была призвана познакомить молодёжь с актуальными явлениями современного искусства, но в виде эксклюзивного «импорта». «Местные производители» в эту стратегию не очень вписывались.

С 2012 года, после нашей нашумевшей выставки «Жизнь после Евро» и до событий 2013 года, мы сотрудничали с галереей «АртДонбасс», закрывая направление современного искусства.

– Расскажите, пожалуйста подробней о деятельности вашей арт-группы «ОНИ», какие у вас были знаковые мероприятия, какой результат был у этого культурного проекта?

– После организации и проведения в 2012 году в Донецке выставок «Жизнь после Евро» и «АiRporT Donetsk Contemporary», Арт-группе ОНИ в пределах города

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Сергей Захаров: история в черно-белых тонах

стало тесно. Был придуман проект для депрессивных городов Донбасса – Зугрэса, Дебальцево, Шахтёрска – ряд фестивалей, целью которых было продемонстрировать современное искусство в городах Донецкой области.

Заручившись поддержкой директора Донецкого областного художественного музея Галины Чумак и выиграв стипендию Донецкого облсовета в 2013 году, начали с проекта «Они: Зугрэс contemporary».

Поскольку все платежи через казначейство проходили с задержкой 6-12 мес., деньги были только на бумаге. т.е. все делалось на энтузиазме и средствах организаторов.

Местный отдел культуры был в восторге. Опечалилась только директор Дворца культуры – грандиозного здания сталинских времён, почти без удобств, без отопления, с изрядно облупившимися фресками. Для неё это была дополнительная неоплачиваемая нагрузка. Но, когда она узнала об уровне мероприятия (я пригласила ДТЭК, а они – мэра), смирилась и, даже решила под это дело с помощью ДТЭКа кое-что отремонтировать во Дворце. Удалось ей только выпросить леса, чтоб наш друг художник замазал дыру в фреске и вкрутить в люстру лампочки. Если местные деятели искусств воспринимали неоднозначно само мероприятие, то молодежи фестиваль современного искусства пришелся по душе. Местная рок-группа выступала под эгидой фестиваля, а художественные учебные заведения выставили свои работы.

Продолжения по другим городам Донбасского края фестиваль не получил, из-за обострившейся ситуации в регионе.

Мало кому известно, но ранее Донецкий областной совет ежегодно выделял около 100 тыс. грн на гранты для реализации творческих проектов в различных жанрах театрального и музыкального искусства, литературы. Тогда арт-группа «Они» попала в поле зрения этих грантов.

– На чем выполнены открытки, в какой технике? Вы планируете с ними какой-нибудь социальный проект, выставку?

Оригиналы открыток выполнены на листах А4 шариковой ручкой, цветными и графитовыми карандашами с последующей компьютерной обработкой. Все мои художественные материалы – краски, холсты, остались в донецкой квартире, где я не была уже почти два года.

Все авторские проекты и мои, и в рамках группы «ОНИ», были сделаны на чистом энтузиазме за собственные средства, иногда с привлечением друзей в качестве спонсоров.

Сегодня финансы не очень позволяют да и есть вещи более важные, на которые стоит тратить деньги: носки, трусы, камуфляж, бронежилеты.

Поэтому, рассмотрю любые предложения по организации и сотрудничеству.

– В Донецке смелым шагом были инсталляции Сергея «Мурзилки» Захарова, что было дальше всем известно… Вы знакомы, общаетесь?

Незнакомы. Он оказался смелее, чем мы. Его поступок вызывает только уважение.

Как вы уезжали, были ли преследования, угрозы с пророссийской стороны, какая ваша история отъезда из родного дома?

Всю свою сознательную жизнь мы были общественными активистами и противниками авторитарной политики на Донбассе. Естественно, что мы не могли оставаться в стороне от событий осени 2014 года, участвовали в акциях в поддержку европейского вектора в Донецке. Мы первые организовали проевропейский агитационный автопробег по улицам Донецка. Естественно, что все эти мероприятия стали информационными поводами как для местной, так и для всеукраинской прессы и наши имена и лица попали на страницы изданий.

К весне ситуация накалилась, но мы не хотели уезжать, несмотря на демонстративные угрозы со стороны наших оппонентов, например, в нашей машине были разбиты стекла.

Мужу, который занимался организацией президентских выборов в Донецке, угрожали. Членов нашей территориальной комиссии взяли в заложники, мы писали знакомым журналистам, освободить их удалось через ОБСЕ. Мы надеялись, что будет найдено решение, и в Донецке все закончится для нас мирно.

В мае начались бои за аэропорт и появились первые «зеленые человечки» в городе. Был захвачен Славянск, поэтому мы отправили младшего сына на каникулы в Израиль к родственникам.

В конце июня мы выехали из Донецка в Киев, чтобы встретить сына. Когда мы возвращались на поезде 5 июля в Донецк, позвонила свекровь и сказала, что наемники-сепаратисты отступили из Славянска и оккупировали Донецк, поэтому туда нам ехать не следует.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: 10 главных книг о Донбассе

Она договорилась со своим дальним родственником в Днепропетровске, что он приютит нас на время. Вещей у нас был минимум, но мы по этому поводу не переживали, потому что рассчитывали на скорое возвращение. Но шли дни, ситуация вокруг Донецка стала походить на настоящую войну, чего мы совсем не ожидали. Дом родителей моего мужа, а с ними, пока мы были в отъезде, жил и наш старший сын, оказался в районе обстрела. Рядом снаряд попал в Краеведческий музей, несколько жилых домов были разрушены. И как только сын сдал сессию в университете, сразу же приехал к нам.

1542Время шло и мы всей семьей переехали в Новомосковск на дачу нашего родственника. В Донецке боевые действия нарастали, снаряды попали в соседние от нашего дома. Мы узнали, что многие из наших друзей и знакомых были взяты в заложники так называемыми «казаками» и «чеченцами», в том числе мой брат (спустя несколько дней после долгих переговоров его отпустили). Стало ясно, что о возвращении думать не приходится. Брат еще летом отправил своих маленьких сыновей в Харьков к друзьям, и когда у него получалось он ездил к ним через Днепропетровск и привозил нам что-нибудь из вещей. В конце августа мы сняли квартиру в Днепропетровске. Младшего сына приняли в первую школу рядом с домом. Старший сдал академразницу и перевелся в ДНУ на третий курс исторического факультета.

Tim Judah «In Wartime»

Tim Judah «In Wartime»

Осенью из Донецка выехали все без исключения наши родственники. По дороге они привезли нам сколько смогли зимних вещей.

Дома я не была уже два года. Стараюсь об этом много не думать, чтобы не расстраиваться.

О вышеописанных событиях в подробностях написал в своей книге «In Wartime» Stories From Ukraine знаменитый британский журналист и политический аналитик The Economist Tim Judah, который известен своими книгами про Сербию и Косово. С начала Революции достоинства Тим стал освещать события в Украине.

4

фрагмент главы про отъезд Елены Емченко и ее семьи

– Вам приходилось сталкиваться с надменным, пренебрежительным и вообще негативным отношением из-за того, что вы из Донецка? Что вы бы пожелали таким людям?

Не приходилось. Так как я не требую от людей к себе особого отношения из-за того, что я из Донецка. Думаю, некоторым дончанам такое пренебрежительное отношение просто необходимо, чтобы повысить самооценку. Роль жертвы возвышает.

Пожелала бы таким людям взять на себя часть ответственности за произошедшее.

– А ваше отношение к пособникам «Русского мира», вы стали бы вести «диалог», к которому сейчас стали призывать некоторые сторонники либерализма и разрешения конфликта мирным путем?

Люди при исполнении, у них инструкции, а на каждый мой аргумент уже заготовлены варианты ответов. Они не приемлют свободы, для них все люди – это агенты тех или иных глобальных сил. Главное на чьей ты стороне. Это не диалог.

5 6– Как думаете, когда это может войти в завершающую стадию?

Думаю речь идёт о десятилетиях. Примеры Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии показательны. Но, хотелось бы ошибаться.

«Причины того, что мы покинули Донецк, конечно же, не лежат в плоскости практической. Сопротивляться было бесполезно, все было предсказано мыслителями мировой величины десятки лет тому назад. Чтобы донести это откровение до дончан в изгнании, решила выпустить серию открыток с пророческими цитатами великих и собственноручными, придающими наглядность этим цитатам, иллюстрациями», – говорит Елена Емченко.

– Как думаете, ваши открытки многих изменили, ведь их основной месседж направлен, все-таки в сторону Востока Украины больше, чем на всю остальную территорию?

Смысл открыток — заставить человека в любой точке Украины и мира размышлять о том, что он размышляет неправильно.

Пока открытки существуют только в сети. Надо бы их издать. Представляю, кто их будет покупать, чтобы поздравить друг друга: преподаватели и студенты исторических и философских факультетов и эзотерики-любители :). Думаю, что это больше материал для выставок.

– Если будут гуманитарные миссии туда, на Донбасс, вы бы поехали, например, с целью изменения/проветривая сознаний при помощи изобразительного искусства? Или может приняли бы участие в чем-то ином?

Всё что происходит на Донбассе — работа кремлёвской машины. Машину можно сломать, можно ей управлять, но не разговаривать с ней.

Своими средствами я могу показать людям на оккупированных территориях, что быть частью машины ненормально. Там нет площадок для диалога с людьми. Как только появятся, приму участие.

7– Знаете, вот я считаю, что идеальное общество — это люди, занимающие своим любимым делом и обеспечивающие себя этим, тогда все на месте. Воплощение этого можно назвать недостижимой мечтой. А у вас есть подобный план, назовем это «вполне реализуемой утопией»?

Идеального общества не существует. Нужно заработать право заниматься любимым делом. Проще – чтобы заниматься любимым делом, нужно зарабатывать.

– Не прошу идеальных рецептов перемен, спрошу о другом: может быть художник знает, что нужно дать человеку тут у нас, по всей территории современной Украины, чтобы он перестал бояться перемен?

8 9Художник должен провоцировать мыслительный процесс.

Если у художника и есть какие-нибудь задачи перед обществом, так это разрушать те стойла, в которые общество постоянно себя загоняет.

 

Добавить комментарий