Тамара Злобина: феминизм в Украине – это страшилка про американок с небритыми ногами


077—8 октября в Луганск приехала известная украинская феминистка Тамара Злобина, искусствовед, кандидат философских наук. Она прочла в луганских вузах лекции о положении женщины в современной Украине через призму современного искусства

 

«Быть свободными при капитализме и патриархате невозможно, в его рамках живут и активистки, и обывательницы», – убеждена Тамара. Единственный путь к общественной эволюции она видит в просвещении народа. «Еще Ленин писал: «Надо издавать газеты», –  шутит она. Улыбчивая, немного по–галичански закрытая, типично европейская «девушка из университетского кампуса» Тамара рассказала «РГ», почему в Украине так не любят феминисток:

 

Небритые ноги американских феминисток и заговор молчания

– История женского движения в Украине – это история за тремя печатями молчания. В конце XIX начале XX века в Украине было сильное политическое женское движение – суфражистки, которые боролись за политические права женщин. Это движение существовало в рамках национально–освободительных движений, отдельно в Российской империи, отдельно в Австро–Венгрии, поскольку украинские земли тогда были поделены между этими державами. Женское движение было тесно связано с буржуазно–националистическим движением, и поэтому после установления советской власти эта страница истории борьбы женщин за свои права была вычеркнута надолго.

В первые годы советской власти у нас было мощное социалистическое феминистское движение, связанное с именами Инессы Арманд и Александры Коллонтай, которое в плане гендерной политики осуществило новаторства, невиданные для тогдашнего мира. В свою очередь, либеральное советское законодательство, касавшееся свободы сексуальных отношений между полами, ликвидации буржуазной морали, было перечеркнуто сталинским консервативным поворотом в 30–е годы.

Идеи равноправия женщин были использованы в риторике советской власти, провозглашалось, что гендерное равенство при советской власти было достигнуто. Хотя на самом деле женщины в СССР не имели доступа к реальной экономической и политической власти, существовал высокий уровень сексизма (дискриминации по признаку пола) в официальных сферах, тема сексуальности была строго табуирована.

И вот с иллюзией того, что вопрос полового равноправия уже решен, мы вошли в период независимости. Советские практики перетекли в реальность уже современной Украины. Поэтому феминизм – имеет образ чего–то чужеродного, ненужного, о нем очень мало знают, феминизм окружен негативными стереотипами. Ассоциации с феминизмом  ограничиваются страшилками об американских феминистах с небритыми ногами, или же эпатажем «Фемен». Поэтому даже активные, эманисипированные женщины, выступающие в защиту гендерного равенства, стремятся откреститься от феминизма.

 

Мир украинской женщины: между «барби»и «берегиней»

Ситуация с правами женщин плохая везде в Украине, но в разных регионах плохая по–разному. Если брать известных политиков–женщин топ–уровня, то большинство из них родом из Восточной Украины. И мне кажется, что это связано с тем, что на востоке Украины советская власть, с ее хотя бы декларативным

идеалом равноправия женщины, держалась дольше, чем на западе. Восточная Украина более урбанизированная, здесь сильны секулярные тенденции, влияние традиционной сельской культуры здесь слабое. В Западной Украине, напротив, сильны религиозность, традиции, консервативные представления об украинской семье, пуританская сексуальная мораль.

На смену советской модели «работающей матери» в современной Украине пришли новые гендерные модели – «берегиня» и «барби» (термины феминистки Оксаны Кись). «Барби» – это «куколка»,  хорошенькая ухоженная женщина, которая должна выгодно продать себя, обменять свою внешность на экономические преференции со стороны мужчины. «Берегиня» – это такая домохозяйка, которая хранит домашний очаг, воспитывает детей, передает им традиции и обычаи украинского народа. «Барби» – это капиталистический конструкт, он более характерен для востока, а «берегиня» – патриархально–националистический, он свойственен западу. Эти контрукты, они перекрывают друг друга, и женщина должна быть одновременно и сексуальной «барби», и домашней «берегиней», такие вот противоречащие, но одновременные требования к женщине. Ну и в украинских реалиях, где средняя зарплата полторы тысячи гривень, – женщина чаще всего должна еще и работать. Но ее образ «работницы» на символическом уровне репрезентации обществом игнорируется.

 

Права геев в Украине всем по фигу

– Возможность консервативного поворота в Украине зависит от интересов олигархической группы, которая находится у власти. Если они будут более заинтересованы в экономическом сотрудничестве с Западом, то у нас будет антидискриминационное законодательство, если поворот будет в сторону России и авторитаризма, то уровень консерватизма во внутренней политике будет расти. Все будет диктоваться экономикой, потому что, по сути, элите по фиг на те же сексуальные меньшинства, так как у нее нет твердых моральных устоев. В России ситуация совершенно другая, это сырьевая экономическая модель государства, которую мало волнует западное общественное мнение, зато интересует авторитарный контроль над населением. Для его установления ключевым является «образ врага»; раньше это были евреи, сегодня геи.

В Украине же маятник консерватизма будет качаться в зависимости от внешнеполитических и экономических интересов украинской элиты. Сами по себе права человека, защита прав меньшинств или их ущемление никого не интересуют. А общество идет на поводу у пропаганды, поскольку не имеет навыков критического мышления, иммунитета к манипулятивным технологиям. До того как тема негативного отношения к сексуальным меньшинствам была вброшена в СМИ, в Украине соцопросы показывали до 40–50% нейтрально относящихся к теме равноправия ЛГБТ респондентов, сейчас, после негативной подачи этой темы в медиа, идет и рост негативного отношения. Власти это выгодно, пусть люди думают о проблеме усыновления детей однополыми парами, чем интересуются формированием бюджета в их родном городе.

 ———————————————————————————-

Феминизм глазами молодых луганчан

————————————————————————————

“РГ” узнала у луганских студентов, побывавших на лекции Тамары Злобиной, что они думают о феминизме и проблеме гендерного неравенства в современной Украине

 

Кристина Черненко, студентка ЛНУ имени Тараса Шевченко.

Что касается моего личного восприятия неравенства в обществе: чувствуешь ты его – не чувствуешь, оно есть. Я не чувствую его негативно, с отвращением и яростью. Но только потому, что я ребенок независимой Украины, я выросла в этом обществе, и я принимаю позицию гендерного неравенства как единственно возможную окружающую среду. Современная девушка уже до того к ней привыкла, что не требует для себя равных прав, достойного отношения, она просто учится вгрызаться зубами в землю, чтобы достигать своих целей. Учится прикладывать максимум усилий для того, что мужчине дается с легкостью.

Тамара говорила, что мы можем расценивать любой жест и фразу мужчины, которая вызывает некоторый дискомфорт как «секшуал харрасмент», как ущемление своих прав на личное пространство, но мне двадцать лет, я не видела иных форм сосуществования полов, и я считаю это нормальным. И это я еще в своем кругу считаюсь воинствующей феминисткой. Я боюсь предположить, какие проявления гендерного неравенства считают нормальными женщины с более мягкой позицией в этом вопросе.

Ксения Кот, студентка ЛНУ имени Тараса Шевченко.

– Идеи Тамары Злобиной мне понравились – наличие личного пространства, самовыражение. Когда–то я спрашивала у мамы: «Счастлива ли она?», она ответила: «Ну у меня же есть муж, дом, дети». Я понимаю, что, как говорила Злобина, этот список достижений: «свадьба, муж, ребенок» не сделают меня счастливой.

Впечатлил показанный во время лекции фильм – эпизод, когда женщине заклеили рот скотчем и сверху нанесли помаду – одногодки мои только и делали это – говорили, что мне нужно бросать слушать рок-музыку и начинать краситься, выпрямлять волосы, в общем, подгонять себя под стандарты продаваемого продукта.

Сусен Гашимова, студентка ВНУ имени Даля.

До посещения лекции Тамары Злобиной относилась к феминизму как к чему–то трендовому (благодаря Femen) и поверхностному (благодаря американским феминисткам и лозунгам типа: «Все люди – сестры!»). Мнение пришлось изменить. В ступор ввел первый вопрос:

«А скількох жінок-філософів ви знаєте?». Задумалась. После короткого экскурса в историю вывод напрашивался сам собой: миром очень долго правили мужчины, которые ненавидят женщин. Да и сейчас не лучше, нынешний, «лояльный» строй, принудительно вгоняет нас в социальные роли («барби», «стерва, «берегиня». Следуешь им – ты женщина, нет – фрик. После лекции и просмотра фильма открылось что-то вроде «третьего глаза». Как никогда бросались в глаза постеры с полуголыми девушками на входе в сауну. Долго пыталась вспомнить хоть один памятник женщине в Луганске (не считая тех, что на военную тематику). Вспомнила один новый – Татьяне Снежиной. Все как бы идет к лучшему, но феминизм актуален сегодня, и точно не утратит важности завтра

Даниил Марченко.

Несмотря на то что на лекции Тамары Злобиной я в самом деле, оказался единственным мужчиной, привилегированное положение озвучить «мужской взгляд на проблему гендерного неравенства» кажется мне не только чрезвычайно ответственным предприятием, но к тому же не совсем честным. Мне кажется, что никакого «мужского» взгляда, как чего–то обособленного, быть не должно, потому как проблемы гендера  – это проблемы человека. Свобода мужчины невозможна без свободы женщины, ведь только после освобождения от “кухонного рабства” одних может наступить освобождение от первобытной роли “добытчика и кормильца” других.

 

Константин Скоркин

 

 

 

 

Добавить комментарий