Мифологизация Донбасса


442

Позапрошлый номер «Реальной газеты» вышел с обложкой, оформленной картиной восходящей звезды украинской живописи – Романом Мининым. Сегодня он гость нашей редакции

  – Вы позиционируетесь как живописец, график,  фотограф, стрит-артист, автор арт-объектов и инсталляций. Чего больше в художнике Романе Минине?

– В душе я артист с большой буквы «О»! (смеется), а в реальности – профессиональный монументалист.

–  Своей известностью вы обязаны в первую очередь т.н. «шахтерским» работам. Расскажите, как родилась эта стилистика? Какова выставочная история и сегодняшняя судьба работ?

– Я – пример редкого совпадения, когда тема выбрала меня и я ее одновременно, мы страстно друг в друга влюблены, и умрем от старости в один день. Как Айвазовский с морскими пейзажами, как Ганс Гигер со своими чужими. Это не просто совпадение или везение, это полнота творчества, рамки и свобода одновременно. Чего и желаю обрести любому художнику. Например, художники сакральной живописи чаще находят эту свободу и раскрывают свой талант потому, что они добровольно и с любовью принимают определенные рамки самовыражения, свойственные их душевному устройству. Тогда получается таинство взаимопроникновения, и талант развивается. Спорно, конечно, но я по своему ощущению говорю. Я счастлив. Мне легко и самому интересно, насколько глубоко я могу проникнуть в эту тему, а чем дальше, тем интереснее становится.

443

Стилистика родилась в практике. Судьба картин разная, серия «Шахтерский фольклор» находится у Антона Мухарского, многие полотна осталось в Москве, сейчас мне очень повезло работать с Игорем Абрамовичем. Он талантливый продюсер. Новые картины я пишу, сотрудничая с ним.

– Если поступят заказы на создание копий этого цикла или отдельных картин – вы напишете? Какова будет стоимость такого полотна?

– По «Шахтерскому фольклору» я не имею права делать копии, такие условия договоренности. А новые работы я делаю сразу в количестве не больше трех экземпляров. Всё юридически грамотно документируется.

– Как вы сам для себя определяете свою стилистику? Кто были ваши духовные учителя, вдохновители? Насколько вы близки традиции? Есть ли художник или школа, повлиявшие на становление вашего стиля?

– Я говорю на декоративном диалекте классического монументального языка с Мининским акцентом. Что касается учителей, то не буду вдаваться в романтическое перечисление великих фамилий известных художников, которые косвенным образом стали моими вдохновителями, а перечислю только тех, с кем имел возможность личного и регулярного общения, тех, кто мне помог и не разочаровался в этом. Это мой первый учитель Г.С. Ткаченко, В.Н. Гонтаров и ныне здравствующий Г.Д. Лесничий. Все они монументалисты с разными философскими теориями и художественными практиками, и мне нравится это «разностороннее образование».

– Какова ваша главная мотивация как творца?

– Гармония формы и содержания.

444

– Что для вас искусство – поиск высших смыслов, выражение своего «Я», прибыльное ремесло?

– Игра, без которой нет ощущения полноты жизни. Музыкант любит играть, актер, поэт любит играть словами, вот и художник тоже играет – визуальными образами и не только. Поэтому правильно называть нас артистами, творчество это Божественная игра.

– Для вас искусство является основным источником заработка? Что кормит сегодня?

– Мы живем не долго, у меня нет времени работать на стройках, хотя, к большому моему сожалению, с 2008 года по 2013 я делал это регулярно из-за отсутствия средств. Сейчас я себя чувствую более уверенно в этом плане, благодаря поддержке толкового продюсера.

– Насколько вообще вы успешны, как художник? В каких музеях, галереях и частных коллекциях находятся ваши работы? Насколько насыщенна ваша выставочная деятельность?

– Творчество художников живет в другом временном пространстве и по другим законам, нежели музыкальное, например. Результаты «воздействия» работ на геосферу видны только с высоты не меньше пяти лет. Музыкант в течение трех минут может высказаться. А реплики художников доходят не сразу. Поэтому об успешности судить рано. Скажу, что теперь мне приходит масса предложений сотрудничества, и это является показателем активности временного интереса. Всё волнами. Сейчас актуален, потом нет, через 10 лет снова и с большей силой. Такова природа.

– Сколько стоят ваши полотна? Как и где их можно купить?

– Это вопросы к Игорю Абрамовичу.

– Сколько времени в день вы работаете, и насколько насыщенна ваша жизнь помимо работы?

– Мне неловко отвечать на этот вопрос, как бы я ни ответил, всё будет неправдой и правдой одновременно. Ведь так бывает, когда границу между неправдой и правдой трудно найти даже в масштабах страны, земли, вселенной, а тем более одного человека. Для меня самого загадка, как я живу до сих пор, и сколько я еще успею сотворить.

– Ваше отношение к жанровым нишам? Где вам наиболее комфортно? Пишете ли вы художественные стандарты: натюрморты, пейзажи, портреты?

445

– Натюрмортно пишу пейзажи многофигурного портрета Донбасса нотами абстрактного реализма.

– Пересекаетесь ли вы с официальным миром живописи. Состоите ли членом какого-либо Союза, участвуете ли в его жизни?

– С 1999 по 2000 г. – в группе «Нежные Русские художники», в то время еще определение «нежные» и «русские» не вызывало ни малейшего негатива. Это было интересное кратковременное объединение творческой молодежи Харькова. 2007-2011 гг. – состоял в молодежной секции союза художников Украины. Теперь сотрудничаю с кураторской группой АКМ-14.

– Есть ли у вас какая-то своя богемная тусовка – среда общения и обмена мнениями с коллегами по цеху?

– Да, как же без нее. Только «политическая карма» у всех разная. Теперь искусственная волна ненависти накрыла всех и многих перессорила. До прежних интересов дела почти нет.

– Есть ли у вас ученики? Родились ли ваши эпигоны, плагиаторы?

– То, что есть друзья и враги, это точно, и меня больше эти пропорции интересуют. Ученики и плагиаторы есть, но я не буду называть их количество и имена. Они потом сами скажут про себя, если посчитают достойным это огласить.

– Вы наверняка знаете многих украинских художников? Как вы можете оценить их сегодняшний уровень?

– Избавьте меня от ответа на этот вопрос. На него пусть искусствоведы отвечают.

– Каково вообще место национальной культуры на современной карте мира? Есть ли будущее у украинской школы живописи?

446

– Не знаю на счет будущего, но настоящее и прошлое есть. И довольно приличное. А на счет места… от политики зависит, на какое поставят – на том и будем.

– Планируются ли ваши выставки в Луганске, и что для такой выставки нужно?

– В планах не было. Для такой выставки нужно подождать. Надеюсь, что у меня будет время, чтобы успеть сделать серию работ «Картины ДЛЯ шахтеров», а не ПРО шахтеров. Вот с этой серией я бы хотел проехаться по своей родине. Понял однозначно, что картины про шахтеров нужны в других регионах, а на Донбассе нужны работы, сделанные специально ДЛЯ шахтеров. В этом большая разница и сложная задача. Сложней, чем про них. Это – сверхидея моего творчества, послание, откровение. Хочу хотя бы одну работу сделать именно для них, а не про. И только после этого можно сказать, что я всё сказал.

 

Справка

Роман Минин – один из самых известных (в том числе и скандально-известных) художников современной Украины. Закончил Харьковскую художественную академию в 2008 г., но академическому искусству никогда в любви не признавался. Работы Минина не раз называли культурным прорывом, а на родине художника даже запрещали к показу. Он первым начал поднимать проблематику донецких шахтеров и создавать архетип этой профессии, мистифицировать шахтерский быт.

Родился в Донбассе, в городе Димитров Донецкой области, в семье потомственных горняков. Поступив в Харьковскую академию искусств в мастерскую профессора Гонтарова, начал заниматься монументально-декоративной росписью. Основная тема картин Минина – жизнь и труд простых шахтеров.

Сам художник рассказывает: «Гонтаров мне сказал – ты ведь из Донбасса, значит, рисуй шахтеров. А когда я попробовал, понял, что это для меня легче всего. Остальные темы приходится из пальца высасывать, они как бы «против шерсти» идут. Не могу поддержать никакую другую украинскую тему – казаки и «шароварщина» для меня экзотика. Может, эта тема шахтеров выглядит со стороны как госзаказ, но я в своей работе честен. Хочется делать что-то для народа. А в Украине картины с горняками больше никто и не рисует».

Его работа «План побега из Донецкой области», построенная на шахтерской символике, была номинантом премии PinchukArtCentre, а картина «Награда за молчание» была успешно продана на аукционе Phillips.

Ныне художник весьма востребован, в т.ч. и за рубежом.

 Степан Сергеев