Антимайдан + «Правый сектор»?


Захватчики луганского СБУ требуют того же, что и Майдан

327Не «уничтожать», а «договариваться». Очень важно, что активисты из луганского Гражданского сектора сегодня пытаются выстроить диалог с теми, кто захватил здание СБУ. В общении открывается удивительная вещь: по сути, эти протестующие требуют того же, что и киевский Майдан. Только сами люди это понимают пока не до конца. Константин Реуцкий, руководитель правозащитного центра «Поступ», рассказал «Реальной газете» о своих впечатлениях от этих встреч

 

– Костя, ты написал в «Фейсбук», что сепаратистов ты в здании СБУ не увидел. Это действительно так?

– Настроения в самом здании СБУ сильно отличаются от настроений на улице. Там люди более взвешенные в декларируемых намерениях. Большинство людей, с которыми мы там пообщались, не настроены категорически на отделение Луганщины от Украины. Вот они как раз, насколько можно судить, готовы на компромисс и требуют достаточно простых вещей: честной и контролируемой власти, отстранения от власти олигархов (как они это называют), социальной справедливости, больше полномочий регионам – финансовой независимости, возможности принимать решения.

Тема присоединения к России практически не звучала. Были, конечно, люди, которые настроены пророссийски, но мне показалось, эти настроения не доминируют. Люди говорят, что они взялись за оружие, требуя социальной справедливости – раньше их никто не слышал, а теперь они стали субъектом политики. Я бы не сказал, что они настроены агрессивно, скорее, наоборот.

– Звучит информация, что нет единой позиции, что среди людей с оружием в здании СБУ есть несколько группировок разной степени радикальности.

– У меня такого впечатления не сложилось. Могу ошибаться, но основной конфликт в их среде лежит между сторонниками Мозгового (Алексей Мозговой стал известен как «лидер луганского ополчения» по эфирам на российских телеканалов. Продвигает линию отделения Луганщины от Украины. – «РГ») и всеми остальными. «Всех остальных» представляет Болотов (Валерий Болотов, «командир армии Юго-Востока» и «народный губернатор» Луганщины. – «РГ»). На мой взгляд, внутри здания они пришли к определенному консенсусу, и Болотов сейчас выступает от лица всех.

В своих выступлениях на площади об отделении от Украины он речи не ведет, не звучит вопрос даже о референдуме. Хотя они говорят, что переговоры о референдуме продолжаются.

Они говорят, что активно ведут переговоры с центральной властью. Власть вроде бы готова идти на компромиссы, удовлетворять требования протестующих, есть договоренность о проведении досрочных выборов как минимум в органы местного самоуправления.

Деталей я не знаю, но при нас несколько раз упоминали о переговорах с Турчиновым и Тимошенко.

– Ты общаешься с протестующими в каком статусе? От лица кого?

– Я прихожу на площадь как гражданин Украины, как горожанин. Можно сказать, что представляю Гражданский сектор – тех людей, которые собираются ежедневно под памятником Шевченко. У нас тоже нет консолидированной позиции, но есть несколько человек, которые пытаются наладить диалог. Я думаю, силовыми методами эту ситуацию не решить.

Я долгое время находился на площади перед СБУ, слушал людей, они говорили о проблемах, из-за которых они вышли. И проблемы, по большому счету, у нас общие. И многое из того, что пишут на своих знаменах люди там, возле СБУ, звучало в наших лозунгах, начиная с ноября прошлого года. Лозунги против коррупции, за реформу милиции, судебной системы, местного самоуправления, расширение полномочий регионов.

– По сути, это лозунги Майдана.

– Если исключить неконструктивные лозунги «Россия, возьми нас», «Слава Путину», – то мы, по большому счету, хотим того же. И если мы услышим друг друга, перестанем видеть друг в друге врагов, то всё это имеет очень большой потенциал. Было бы глупо его терять.

– Не так давно я написал на своей странице в «Фейсбук», что если бы наши протестующие нашли общий язык с «Правым сектором», тогда можно было бы добиться реальных перемен во всей стране. Нашлись люди, которые посмеялись над этой идеей.

– Еще недавно я тоже думал, что такое невозможно. Еще недавно я сам был на волне этих взаимных насмешек над противоположной стороной. Находясь на площади, я в значительной степени свои представления изменил. Особенно, когда видишь на площади людей, с которыми имеешь долгую историю отношений.

В то же время я не могу сказать, что большинство луганчан поддерживает протест у здания СБУ. Таких людей много, но я не думаю, что их большинство. Большинство – это люди не определившиеся. Им не так уж важно, с кем будет Луганщина, главное – спокойно жить, чтобы сохранялся привычный порядок вещей, мир, стабильность. А кто победит, тот и победит.

– А как вас на площади принимают? Там же вывешены, например, портреты «майданутых» журналистов и прочих «предателей».

– На площади меня принимают плохо. Собственно, благодаря людям, которые меня узнали, мы и попали в само здание. Мы общались на площади с людьми несколько дней, но попытки попасть в здание были безуспешными: там достаточно жесткий контроль. А тут во время большого схода в понедельник, 21 апреля, одна бдительная жіночка увидела меня, громко объявила, что видела мое выступление по одному из телеканалов и что я – это «Правый сектор». Сразу вокруг нас двоих выросла толпа, нас взяли под белы руки и препроводили в здание.

Подобные инциденты (может быть, в менее острой форме) случаются каждый день. Но мы продолжаем приходить, разговаривать с людьми, искать общие позиции. Часто разговоры завязываются именно так: нас узнают, объявляют провокаторами, и только после этого начинается диалог.

Вот сегодня, например, был случай. Я с удивлением обнаружил, что там смотрят «Громадське телебачення». Многие видели воскресный сюжет про то, как мы с ребятами из Гражданского сектора возили пасхи в воинские части. Почему-то это воспринимают резко негативно. Какими только нас словами не называли за поддержку военных. Угрожали расправой… Зато это прекрасный повод начать диалог.

– Ты не боишься, что от угроз могут перейти к действию?

– Я думаю, могут. Но пока удавалось после первой истерики уже через несколько минут переходить к более конструктивному диалогу.

В основном пророссийскую линию гнет именно площадь, «улица». Но даже там очень много людей говорит об автономии, о больших полномочиях регионов именно в составе Украины. Далеко не все там стремятся присоединиться к России. Хотя, надо заметить, пророссийские протестующие наиболее активны и агрессивны.

Но вот то, что Мозгового в последнее время усиленно клеймят как провокатора, провокаторами называют людей, которые поддерживают его позицию, – это, по-моему, хороший симптом. Он говорит о том, что всё же можно прийти к общему мнению, к развитию региона в составе Украины.

Александр Белокобыльский